Уход из жизни народного артиста России Игоря Евгеньевича Желтоухова – невосполнимая утрата | Хабаровский краевой музыкальный театр: официальный сайт
Внимание! Новый сайт работает в тестовом режиме!

Уход из жизни народного артиста России Игоря Евгеньевича Желтоухова – невосполнимая утрата

Уход из жизни народного артиста России Игоря Евгеньевича Желтоухова – невосполнимая утрата для Хабаровского краевого музыкального театра, для его поклонников, для дальневосточников, для театральной России…

В ближайшие дни мы поделимся рассказами о творческом пути любимого и талантливого актера. Его биография была наполнена яркими событиями и интересными встречами, воспоминаниями о которых он охотно делился при жизни.

Вот одна из таких историй — о том, как Игорь Евгеньевич решил связать свою жизнь с театром и со сценой:

«Боженька так захотел. Я всегда не мог сидеть на месте, был очень активным ребенком. Когда мне было 14, я случайно разбил бюст Сталина в школе. Наказания удалось избежать, но после этого мать, чтобы направить мою энергию в правильное русло, сказала: «Иди в Дом пионеров и запишись в кружок. В драматический, например». Я и пошел. Как сейчас помню: сидели ребята моего возраста и тетенька седая. И вот она спрашивает:
— Мальчик, ты чего пришел?
— Да вот, хочу поступить.
— Ну прочитай что-нибудь.
И я прочитал. А она говорит: «Сынок, я тебе помочь ничем не смогу. Иди в театр драмы, там открылась студия, может, тебя примут туда». Я не очень расстроился. Вышел, и эти огромные двери дубовые закрылись. Идет дяденька – полный такой, лысый. Я спросил у него:
— А вы не знаете, где театр драмы?
— Знаю, а тебе зачем?
— Да вот, хочу поступить.
— Ну пойдем.
Идем, разговариваем, и он объясняет, что поступить сейчас никак не выйдет – там все уже первый курс закончили. А я говорю: «Да ничего, меня примут». Заходим мы внутрь, и я чувствую, что вахтеры как-то не так с ним здороваются. Но отступать-то некуда уже — характер-то упертый. Привел он меня и говорит:
— А ну-ка, прочитай что-нибудь.
— Да легко!
И я прочитал басню Туманяна «Кот и пес». Дяденька так хохотал. Потом говорит:
— А спеть можешь?
— Да легко!
Он крикнул кого-то, пришел баянист высокий такой — дядя Боря. Он спросил: «Что петь будешь?». А тогда модная была песня «Поезд, оставив дымок, в дальние скрылся края». Выбрал ее. Он говорит:
— Как будешь петь?
— Хорошо буду!
И я спел. И дяденька перестал смеяться. Говорит:
— Ну а сплясать можешь?
— А Вам как: с выходом или без выхода?
— С выходом давай.
Я ушел за дверь, говорю дяде Боре: «Давай!». Он стал «Цыганочку» играть. И я с выходом станцевал. Как они хохотали!
— В общем, мальчик, ты принят на второй курс, — объявил дяденька, — как зовут тебя?
— Игорь.
— А фамилия?
— Желтоухов.
Оказалось, это Михаил Семенович Амитов — народный артист, главный режиссер театра драмы. По имени он меня никогда за всю жизнь так и не назвал. Он звал меня «рыжее золото», очень меня любил. И вот, с 14 лет я служу театру».

Сцена
Закулисье